ОСТАВЬТЕ СВОЙ ОТЗЫВ

ФОРМА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ




В этот день

Меню

emblem
logo
emblem

Письма

Одно из писем императрицы. 20.10.1914г.

1 фото

Современники называли брак императора Николая II и Александры Федоровны «медовым месяцем длиной в 23 года». До последних дней любовь супругов оставалась такой же нежной, как после помолвки. Их трогательную переписку не раз издавали отдельными сборниками. «Мое бесценное сокровище», «мое солнышко, мой драгоценный», «мой мальчик, мой солнечный свет» — так обращалась Александра Федоровна к своему монаршему супругу. «Моя возлюбленная душка женушка», — отвечал ей Николай. В посланиях они подписывались исключительно как «Аликс» и «Ники».



Одно из писем императрицы:
«Мой любимый из любимых,

Опять приближается час разлуки и сердце болит от горя. Но я рада за тебя, что ты уедешь и увидишь другую обстановку, и почувствуешь себя ближе к войскам. Я надеюсь, что тебе удастся этот раз увидеть побольше. Мы будем с нетерпением ждать твоих телеграмм. Когда я отвечаю в Ставку, я чувствую робость, потому что уверена, что масса офицеров читает мои телеграммы. Тогда нельзя писать так горячо, как бы хотелось.

Что Н. П. с тобой в этот раз — для меня утешение. Ты почувствуешь себя менее одиноким. И он — часть всех нас. И ты с ним одинаково понимаешь очень много вещей и одинаково на многое смотришь, а он безконечно благодарен и радуется, что может с тобой отправиться, так как он чувствует себя таким безполезным в городе, когда все его товарищи на фронте. Слава Богу, что ты можешь уехать, чувствуя себя совершенно спокойным насчет дорогого Беби. Если бы что нибудь случилось, я буду писаты ручка, все в уменьшительном, тогда ты будешь знать, что я пишу все про Агунюшку.

Ах, как ты будещь мне недоставать. Я уже чувствую такое уныние эти дни и на сердце так тяжело. Это стыдно, так как сотни радуются, что скоро увидят тебя, но когда так любишь, как я, нельзя не тосковать по своем сокровище. Завтра двадцать лет, что ты царствуешь, и что я стала православной. Как годы пробежали, как много мы вместе пережили! Прости, что я пишу карандашом, но я на диване, а ты еще исповедуешься. Еще раз прости свое солнышко, если она чем нибудь тебя огорчила или причинила тебе неприятность, поверь, что никогда это не было умышленно. Слава Богу, мы завтра вместе примем святое причастие, это даст нам силу и покой. Пусть Бог даст нам успех на суше и на море и благословит наш флот.

Ах, любовь моя, если ты хочешь, чтобы я с тобой побыла, пошли за мной и Ольгой, и Татьяной. Мы как то так мало видим друг друга, а есть так много, о чем хотелось бы поговорить и разспросить, а к ночи мы так устаем, а к утру мы торопимся. Я кончу это письмо утром.»

Царское Село, 20 октября 1914 г.