ОСТАВЬТЕ СВОЙ ОТЗЫВ

ФОРМА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ




В этот день

Меню

emblem
logo
emblem
23 ноября | 2018 Автор: Admin

Миф о зависимости России от займов

Императора Николая II часто обвиняют в том, что он якобы поставил Россию в финансовую зависимость от союзной Франции и Англии, и якобы именно это сделало Россию их заложницей, заставив вступить в «чуждую» ей войну. Из-за идеологизации исторической науки в советское время, в общественном сознании прочно утвердилось представление, будто бы Россия была настолько опутана «сетями» французских займов, что была вынуждена во всем уступать требованиям правительства Республики. Однако подобные утверждения крайне упрощают действительное положение дел в этом вопросе. Так, историк Емец считал, что «преувеличение степени финансов-экономической и военно-политической зависимости России от Антанты некоторыми авторами в 20-50-х годах, вплоть до утверждения, что в годы Первой мировой войны Россия выступала в роли наемницы антантовского капитала, приводило к односторонности в изучении и в освещении данной проблемы и упрощенному представлению о положении царской России в системе империалистических государств и ее роли в Антанте».

Крупнейший исследователь вопроса историк Бовыкин отмечал: «Ни значительные общие размеры, ни высокий удельный вес иностранных инвестиций в России сами по себе не могу служить доказательством подчинения ими экономики страны».

Правительство Николая II действительно прибегало к иностранным займам для развития собственной промышленности инфраструктуры, так как модернизирующейся российской экономике нужны были средства, а их не было. Как отмечает историк Юрий Петров: «Заметного экономического прогресса Россия добилась не в последнюю очередь благодаря иностранному предпринимательству и заграничным инвестициям, которые сыграли немалую роль в деле индустриализации страны, облегчив ей первые шаги в этом направлении и подтолкнув создание ряда новых отраслей промышленности. Впрочем, в этом отношении империя принципиально ничем не отличалась от других стран, вступивших на путь капиталистической модернизации с некоторым опозданием и пользовавшихся поддержкой более развитых соседей.Значение иностранных инвестиций, о решающем вкладе которых в дело экономической модернизации России любит писать западная историография, безусловно, не было определяющим для экономического роста, отечественный капитал сохранял лидирующие позиции в народнохозяйственной системе страны».

Париж нуждался в предоставлении России займов не в меньшей степени, чем она в их получении. Вначале ХХ в. основу находившейся в упадке французской экономики составляло ростовщичество. Помимо России, Франция щедро предоставляла займы Австро-Венгрии, Турции и Италии, что не помешало первым двум выступить в Первой мировой войне на стороне Германии. В связи с экономическим подъемом и укреплением финансов русское правительство в предвоенное пятилетие существенно сократило свои внешние заимствования. Бовыкин писал: «Накануне мировой войны рост внешнего государственного долга России прекратился. Главной формой иностранных капиталовложений являлись прямые инвестиции в действующие в России акционерные предприятия».

Из расчета государственной задолженности на душу населения Россия к 1913 г. занимала в Европе только десятое место (53 руб. на каждого жителя империи), значительно отставая от признанного лидера среди стран-должников — Франции (253 руб.).

По размерам государственного долга Россия в мировой табели шла на втором месте после Франции и на первом — по абсолютным размерам связанных с займами платежей. В российской официальной статистике займы подразделялись на «внешние» и «внутренние» в зависимости от предполагаемого места их реализации. Однако в действительности часть внешних займов реализовывалась в России, а облигации внутренних выпусков нередко приобретались заграничными держателями. Примечательно, что долг внутренний, несмотря на шумную кампанию в правой и леворадикальной прессе против растущего «закабаления» России иностранным капиталом, рос опережающим темпом по сравнению с внешним, что свидетельствовало о постепенной переориентации займовой политики на внутренние резервы.

Франция действительно являлась главным заимодавцем российского императорского правительства. В ней было размещено без малого 60% русских фондов за границей. «Подчеркнем, однако, — пишет Юрий Петров, — что часто звучавший в советской литературе мотив о политической подоплеке внешних операций российской казны, о переходе России от германской к французской ориентации под влиянием смены финансовых приоритетов при всей своей внешней убедительности не находит подтверждения в исторической реальности».

Миф о «кабальной зависимости» России от французских займов опровергается отсутствием какого-либо решающего влияния французских правящих кругов на русскую внешнюю политику.

Автор: Петр Мультатули (кандидат исторических наук, биограф Николая II)