ОСТАВЬТЕ СВОЙ ОТЗЫВ

ФОРМА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ




В этот день

Меню

emblem
logo
emblem
15 февраля | 2019 Автор: Admin

Император Николай II и события 9 января 1905 года

События 9 января 1905 г. в Петербурге вошли в историю под названием «Кровавого воскресенья». Этот термин придумал английский журналист Э.Дж. Диллон, в 1905 г. работавший постоянным корреспондентом «Daily Telegraph». «Кровавое воскресенье», наряду с «Ходынкой» и Ленским расстрелом, «хрестоматийно» ставится в вину Императору Николаю II. Хотя к сегодняшнему дню вышли уже десятки исторических исследований и научных статей, полностью опровергающие россказни большевиков о «запланированной расправе коварного царя над несчастными рабочими», лживый миф по-прежнему продолжает жить в умах многих людей. 

Невозможность «мирного» свержения Николая II путём навязывания ему всякого рода «конституционных» проектов, привела антицарскую оппозицию к неизбежности физического устранения Царя и установления в России парламентского строя. Совершить это было решено с помощью всеобщей смуты, которая должна была начаться с провокации. Главной движущей легальной силой этой провокации должно было стать «Собрание русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга», во главе которого стоял иерей Г.А. Гапон. Он пользовался неизменной поддержкой митрополита Антония (Вадковского), весьма близкого к С.Ю. Витте. 

Объективный анализ событий как самого 9 января, так и предшествующих ему, приводит к выводу, что, помимо революционных группировок и их заграничных спонсоров, в подобном сценарии были заинтересованы и влиятельные силы петербургских верхов. Прежде всего это касается С.Ю. Витте и П.Д. Святополка-Мирского. 

Гапон находился в самых тесных отношениях с членом ЦК партии эсеров П.М. Рутенбергом, который быстро стал ближайшим советником Гапона. 

2 января 1905 г. на оборонных предприятиях Петербурга начались забастовки, спровоцированные ложной информацией гапоновского собрания о якобы имевших место массовых увольнениях рабочих Путиловского завода. Завод выполнял важный оборонный заказ: изготовление специального железнодорожного транспортера для транспортировки подводных лодок на Дальний Восток. Как признавал позже сам Гапон, он выбирал для организации забастовок только те заводы, «которые выполняли весьма серьезные заказы для нужд войны».

6 января Гапон призвал рабочих пойти с петицией к Царю, но скрыл от них её революционное содержание. Более того, гапоновско-эсеровские провокаторы распространяли слух, что Царь сам хочет встретиться со своим народом, что он будет ждать рабочих на Дворцовой площади в 2 часа дня. Рабочие готовились к этому дню как к празднику: гладили лучшую одежду, многие собирались взять с собой детей. Между тем, в самый канун шествия гапоновцами и эсерами была принята петиция, которая представлял собой политическую прокламацию самого радикального содержания: немедленный созыв Учредительного собрания, отделение Церкви от Государства, прекращение войны и т.д. Текст этой петиции решили рабочим не оглашать, во многом потому, что она была составлена не только от их имени, но и от всех «жителей города Санкт- Петербурга разных сословий».

Таким образом, по замыслу Гапона и революционеров, рабочие должны были стать массовкой в преступном спектакле. Уже находясь в эмиграции, Гапон на вопрос сотрудника Охранного отделения П.И. Рачковского «верно ли, что 9 января был план застрелить Государя при выходе его к народу, ответил: “Да, это верно. Было бы ужасно, если бы этот план осуществился. Я узнал о нём гораздо позднее. Это был не мой план, но Рутенберга. Господь его спас”».

Власти вплоть до 8 января не знали, что за спиной рабочих заготовлена другая петиция, с экстремистскими требованиями. А когда узнали —  пришли в ужас. 9 января на встречу с Царем были готовы выйти сотни тысяч людей. В Петербург спешно были введены батальоны пехотных и кавалерийских полков Гвардии и армии. Однако войск и полиции было явно недостаточно для сдерживания толп таких масштабов. Что сообщать Государю, как объяснить ему своё бездействие? Как остановить шествие многотысячной толпы? Никакого приказа стрелять в рабочих не было. Стремясь предотвратить столкновения, власти выпустили объявление, запрещающее шествие 9 января и предупреждающее об опасности. Однако накануне вся пресса, словно по сговору, забастовала, и объявление так и осталось недоступным для большинства жителей столицы. 

Вечером 8 января Рутенберг изложил план действий: строить баррикады, громить оружейные магазины и пытаться прорваться к Зимнему дворцу. Были сформированы отряды эсеровских боевиков, которым было роздано оружие.

Поздно вечером 8 января в Царское Село прибыл Святополк-Мирский. В докладе Государю он пытался представить ситуацию в Петербурге как не стоящую внимания. После отъезда министра, Государь занёс в дневник: «Со вчерашнего дня в Петербурге забастовали все заводы и фабрики. Из окрестностей вызваны войска для усиления гарнизона. Рабочие до сих пор вели себя спокойно. Количество их определяется в 120.000 чел. Во главе рабочего союза какой-то священник-социалист Гапон. Мирский приезжал вечером для доклада о принятых мерах». Как видим, в царском дневнике нет ни слова о готовящемся шествии, о петиции, её содержании, революционных боевиках, баррикадах, всего того, что знал и что обязан был доложить, но не доложил, Святополк-Мирский. Если бы Государь знал о готовящемся шествии, он смог бы его предотвратить. Но, пребывая в заблуждении, Николай II был обречен стать главной мишенью для обвинений со стороны революционеров, общества и обманутого, так же, как и он, простого народа.

В результате 9 января 1905 г. в Петербурге произошли массовые столкновения рабочих и войсковых частей. Первыми жертвами 9 января стали не рабочие, а чины полиции и армии, по которым эсеровскими боевиками были произведены выстрелы из толпы. В ответ войска, после предупредительных залпов, на которые толпа не обратила внимания, были вынуждены стрелять на поражение. Раненым всюду немедленно оказывалась медицинская помощь. Столкновения имели место возле Нарвских ворот, Невском проспекте, Каменном острове. Командир Лейб-гвардии Финляндского полка генерал-майор П.М. Самгин докладывал, что в ходе разгона толпы на Васильевском острове и разбора там баррикад «войсками было задержано за вооруженное сопротивление 163 человека». По данным Департамента полиции, 9 января 1905 г. было убито 96 человек (в том числе 1 полицейский) и до 333 чел. ранено, включая помощника пристава.

Государь узнал полную информацию о произошедшем в Петербурге только поздно вечером 9 января от приехавшего с докладом того же Святополка-Мирского. Николай II был потрясен, о чем свидетельствует запись в дневнике: «Тяжелый день! В Петербурге произошли серьёзные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных районах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело!». 

Петербург являл собой картину военного положения: магазины закрыты; электричество, почта, трамвай не действовали, все улицы в центре заняты войсками. Шли грабежи оружейных магазинов, избивали офицеров, на Васильевском острове продолжали строить баррикады. Повсюду таилась измена и малодушие, почти в каждом нельзя было быть уверенным полностью. 

11 января вышел Высочайший указ, которым учреждалась должность Санкт-Петербургского генерал-губернатора. Ему подчинялись все местные гражданские управления, учебные заведения, жандармские и полицейские власти, казенные фабрики и заводы. На должность генерал-губернатора Государь назначил Свиты генерал-майора Д.Ф. Трепова, поручив ему восстановить порядок в столице. С.С. Ольденбург характеризовал его как «человека твёрдого, глубоко преданного Государю, обладавшего бесстрашием и здравым смыслом, хотя и мало искушенного в политических вопросах». Действия Градоначальника возымели успех. К 18 января полностью возобновил работу Путиловский завод. 

19 января Николай II принял в Александровском дворце делегацию столичных рабочих в количестве 34 человек, которым заявил: «Знаю, что не легка жизнь рабочего. Многое надо улучшить и упорядочить, но имейте терпение. Мятежною толпою заявлять Мне о своих нуждах — преступно. В попечениях Моих о рабочих людях озабочусь, чтобы все возможное к улучшению быта их было сделано». В.Н. Коковцов вспоминал, что «Государь очень ласково поговорил почти с каждым из них, задавая им вопросы, откуда кто родом; чем занимался до поступления на завод и каково семейное положение каждого. Угостили всех делегатов чаем и сандвичами».

Император Николай II и Императрица Александра Феодоровна назначили из собственных средств 50 тыс. руб. для оказания помощи членам семей убитых и раненых 9 января. Эта сумма выплачивалась вплоть до Февральского переворота 1917 г. События 9 января настолько подействовали на Государя, что, по имеющимся сведениям, он в начале 1905 г. исповедовался у иеромонаха Гефсиманского скита Свято-Троицкой лавры старца Варнавы (Меркулова), который, по преданию, предсказал Государю мученический венец. Сразу же после событий 9 января начались отставки тех, кто, по мнению Николая II, несли ответственность за кровавые события.