ОСТАВЬТЕ СВОЙ ОТЗЫВ

ФОРМА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ




В этот день

Меню

emblem
logo
emblem
26 июля | 2019 Автор: Admin

Великий смысл Царского Подвига

Автор: Петр Мультатули (кандидат исторических наук, биограф Николая II). 

Понимание смысла и сути подвига Царской Семьи приводит к пониманию того, что произошло с Россией в ХХ веке. Нельзя не согласиться с американским историком Р. Пайпсом: «Цареубийство стало первым шагом человечества на пути сознательного геноцида. Тот же ход мыслей, который заставил большевиков вынести смертный приговор Царской Семье, привёл вскоре и в самой России, и за её пределами к слепому уничтожению миллионов человеческих существ, вся вина которых заключалась в том, что они оказались помехой при реализации тех или иных грандиозных замыслов переустройства мира». Сокрытие правды о Царской Семье и, в особенности, об обстоятельствах ее убийства, до сих пор является одной из главных целей влиятельных мировых сил в отношении России. 

Убийство Императора Николая II было не просто большевистской расправой по политическим соображениям и тем более не сговором кучки исполнителей из так называемого Уралоблсовета. Злодеяние в Ипатьевском доме явилось результатом осуществления планов глобалистского сообщества по установлению в мире нового безбожного мирового порядка. То, что происходит сегодня в мире, когда зло уже не считает нужным маскироваться и предстает в своем подлинном обличии, вся современная антисистема, почти полностью сложившаяся на Западе, ее непримиримая война с Богом, верой, Церковью, культурой, семьей, языком, пропаганда самых гнусных видов блуда, открытое конструирование единого мирового центра управления, казалось бы, уже не должно никого удивлять. Между тем, когда речь заходит о сакральных причинах убийства Царской Семьи, сразу начинается демагогия о «конспирологическом» характере таких утверждений, их «антинаучности», о мифическом «царебожии» и т.п. Воистину: «Если Моисея и пророков не слушают, то если и мертвые воскреснут, не поверят» (см. Лк. 16, 29–31). 

Уничтожение русского Царя, его Рода и Державы, должно было, по замыслам организаторов убийства, привести к глобальному изменению мира, в котором не было места Христу и Его Церкви. Император Николай II, и в силу своих личных свойств, и в силу того, что он был Православным Царем, был главным врагом мировой революции. Поэтому, убийство Царской Семьи носило не характер политического или уголовного акта, а имело сакральные и духовные причины. Убийство Царской Семьи является изуверским злодеянием. Известный литературный критик и поэт Г.В. Адамович назвал «день 17 июля 1918 года» «одним из самых темных, самых бесчеловечных», выражая надежду, что настанет то время, когда в России открыто признают грех цареубийства и «если этого дня никогда не будет, лучше бы не быть русским». 

Сегодня, иногда приходится слышать нелепые и малодушные высказывания, что в Екатеринбурге убили не Царя, а «гражданина Романова». Но как отмечал Святитель Иоанн Шанхайский: «Под сводом екатеринбургского подвала был убит Повелитель Руси, лишенный людским коварством Царского венца, но не лишенный Божией Правдой священного Миропомазания». А.Н. Боханов, в свою очередь, утверждает: Николай II «оставался национальным символом, знаком русской государственной традиции, живым образом Великой Православной Империи. Поэтому и уничтожали в Екатеринбурге не «бывшего полковника Романова», не «бывшего Императора», а именно — Царя, последнего не только в отечественной, но и в мировой истории». 

Пьер Жильяр точно выразил это мировое значение Царской жертвы: «Государь и Государыня верили, что умирают мучениками за свою Родину — они умерли мучениками за все человечество». В связи с этим, последствия убийства русского Царя тяжким возмездием легли на весь мир. Святитель Иоанн (Максимович) свидетельствовал: «Убийство Императора Николая II и его семьи является исключительным как по виновности в нем русского народа и других народов, так и по его последствиям». Простой анализ позволяет сделать однозначный вывод: злодеяния большевизма, нацизма, маоизма, красных кхмеров, уничтожение Дрездена, атомная бомбардировка Хиросимы, — стали возможны только после убийства Божьего Помазанника, то есть Удерживающего. 

Убийство Государя Императора Николая II и его Семьи стало следствием всей жизни и деятельности последнего Самодержца и тем нравственным выбором, который он сделал и которому был верен всю жизнь: верности Христу, России и долгу царского служения. Императору Николаю II было даровано Свыше особое духовное качество — чувствовать Волю Божью при решении важнейших вопросов, определяющих судьбу России. Покорность Воле Божьей, для Николая II иногда означала отказ от своих желаний и решений, какими бы верными они ему бы не казались. Отсюда вытекало особое отношение Николая II к своему служению как к жертве, мученичеству во имя России: «Быть может, необходима искупительная жертва для спасения России. Я буду этой жертвой. Да свершится Воля Божья!». Полковник Е.Э. Месснер определял Императора Николая II как Великомученика «с первого дня царствования (с Ходынки) и до последнего дня (отречения во Пскове). Каково величие души: царствовать в сознании обреченности и под мученичеством безнадежности выполнять свой царский долг, нести бремя державности!». 

Россия не вдруг пришла к Екатеринбургскому злодеянию. Год за годом русское общество отступало от Христа и Его заповедей, превращая Православие в обрядность, традицию, теряя при этом живую веру. Член Царствующего Дома, Великий Князь Александр Михайлович называл Православие «опасной сектой». По словам протоиерея Валентина Асмуса: «Даже в недрах Святейшего Синода прокладывал себе путь антимонархизм, в данном случае на волне клерикальных настроений». 
Чем больше люди отходили от Христа, тем они меньше понимали Императора Николая II. Л.П. Решетников отмечает, что «неприятие именно такого Царя создавало условия для распространения различных измышлений о профессиональных и человеческих качествах Государя. Царь, говоря современным языком, оставался в православном “поле”, а его оппоненты из политической и интеллектуальной элит давно это поле покинули».Отсюда к началу ХХ в., по словам А.Н. Боханова, «понятие “Царь” не воспринималось больше сакральным символом, в “обществе” никто и не вспоминал, что “Царь — устроение Божие”. В Миропомазаннике видели только властителя, наделённого, как немалому числу людей казалось, слишком широкими властными полномочиями. Общественное сознание постепенно становилось не только просто нерелигиозным, но и активно антицерковным, а потому и антицарским». 

В результате произошёл духовный кризис, выйти из которого политическими или силовыми методами было уже невозможно. В этих условиях, Императору Николаю II оставался только один путь: мученичества. Государь это хорошо сознавал: «Быть может, необходима искупительная жертва для спасения России. Я буду этой жертвой. Да свершится воля Божья!». По словам архиепископа Нафанаила (Львова) «Государь отверг себя, взяв крест свой, и последовал за Христом. И как он был одинок! В этом ведь тоже глубокая Христоподражательность его подвига». 

На пути этого мученичества, Царская Семья явила величайший нравственный подвиг самопожертвования во имя Правды, во имя России. Как писал П. Жильяр: «Их истинное величие не проистекало от их царственного сана, а от удивительной нравственной высоты, до которой они постепенно поднялись. Они сделались идеальной силой. И в самом своем уничтожении они были поразительным проявлением той удивительной ясности души, против которой бессильны всякое насилие и всякая ярость и которая торжествует в самой смерти». 

От осознания величия подвига Царской Семьи русским народом, во многом зависит и воскрешение самой России. Приснопоминаемый Патриарх Алексий II говорил о необходимости истинного всенародного покаяния: «Грех цареубийства, происшедшего при равнодушии граждан России, народом нашим не раскаян. Будучи преступлением и Божеского, и человеческого закона, этот грех лежит тяжелейшим грузом на душе народа, на его нравственном сознании. Несколько поколений за это время успело сменить друг друга, но память о совершенном беззаконии, чувство вины за его нераскаянность не изгладились в народе нашем. Убийство Царской Семьи — тяжкое бремя на народной совести, которая хранит сознание того, что многие наши предки посредством прямого участия, одобрения и безгласного попустительства — в этом грехе повинны. Покаяние же в нем должно стать знамением единства наших людей не по форме, а по духу. И сегодня мы, от лица всей Церкви, от лица всех ее чад, усопших и ныне живущих, приносим пред Богом и людьми покаяние за этот грех. Прости нас, Господи! Мы призываем к покаянию весь наш народ...».